Докапиталистические отношения в Средней Азии

Но разделавшись описанным методом с чайрикерством, Анишев все же не склонен утверждать, что остатков феодализма в Средней Азии к революции 1917 года совершенно не было. Он только ищет эти остатки далеко не там, где их нужно искать: «Задачи буржуазно­ демократической революции в Туркестане не были разрешены к Октябрьской революции. Но одного этого признания мало. Нужно установить и конкретные узлы и формы докапиталистических отношений. И нам кажется, что сами по себе земельные отношения, если оторвать их от отношений кредита и торговли, этим узлом не являются» . Земельные отношения, дольщика, чайрикерство ­ не остаток феодализма. В сельском хозяйстве остатков феодализма нет. Они где­ то в другом месте, хотя бы там, где «отношения кредита и торговли». На следующей же странице это положение раскрывается во всю ширь. «Элементы», «закрепощающие» дехканское хозяйство там перечисляются следующим образом: «административно­политическая и экономическая приниженность дехкана, ростовщический кредит и условия рынка, отсутствие возможности выхода в промышленность (не в силу прикрепления к земле, а в силу отсутствия промышленности), отсталость техники и т.д.». Крепостничества нет, в земельных отношениях его не ищи. Оно в перечисленных «закрепощающих» элементах. Большей путаницы и более откровенного разрыва с марксизмом, кажется, нельзя и придумать. Остатки феодализма сначала выброшены из сельского хозяйства. Затем, когда нужно было сказать, что они все же есть, автор находит их не в отношениях производства, а где­то вне производства, в том числе и в условиях ростовщического кредита и рынка. И это, между прочим, в то время, когда на основании марксо­ленинского учения о единстве формулы торгового и промышленного капитала, рынок, кредит, ростовщичество мы можем зачислить только в капитализм, но не в остатки феодализма. Но впрочем автор может сказать, что он перечисленные «элементы» вовсе не считает остатками крепостничества и феодализма, а только элементами «закрепощающими», иначе говоря, создающими феодальные отношения ­ так запутаны его формулировки, что в них иногда можно вкладывать самые разнообразные толкования. Но ведь тогда позволительно потребовать от автора свести концы с концами: если есть «элементы» «закрепощающие», то должно быть и само крепостничество. А где же оно, если чайрикерство не есть крепостничество? Как иногда все же трудно объективную действительность подгонять под оппортунистические схемы!

Читайте также:  Шыңжаңдағы орыс­-қытай қатынастарының қалыптасуы

Оставить комментарий